Глава-69 Пустотник

Пустотник

Глава-69 Пустотник
Юра – реальный человек в физическом мире.
Мировоззрение Юры писалось по диалогам с ним.
Виталик – реальный человек в физическом мире.
Фантазии Виталика писались по диалогам в скайпе.
Имена изменены.
       Прогуливаясь в центральном парке Магвильдана я нечаянно встретила Зорвию. Мы с ней подошли к озеру с красивыми цветами, похожими на земные лотосы и кувшинки, присели на берегу и долго рассказывали друг другу о последних событиях. Я поведала Зорвии о Тантале и её странностях, а Зорвия старалась объяснить мне свою запутанную историю, происходящую с её другом Юрой на Земле. 
       Юра и Зорвия подружились давно, и общаются уже более года. Зорвия рассказывает Юре о других мирах и реальностях, о свободной и счастливой жизни на Камрегдане, и о творческой радости души. Ну а Юра всего этого не воспринимает. Он верит в какую-то вечную Пустоту, в которой никого и ничего нет. 
--Понимаешь, Энни,- его вера может убить, потому что именно силой веры мы и определяем своё будущее. Сначала мы его воображаем и как бы программируем, а потом наши мечты сбываются, и запрограммированное нами строит нам будущую жизнь. А теперь представь себе – какое будущее у Юрчика, если он только то и делает, что концентрирует своё внимание на Пустоте, и доказывает, что его нет, всей нашей Вселенной нет, и вообще ничего на свете не существует,- с грустью в глазах сказала мне Зорвия.
--Он в какой-то религии? – спросила я у неё. 
--Да, говорит, что присоединился к какой-то бонской линии «шанг шунг ненгью». Доказывает, что это самый древний буддизм Тибета, которому более 1700 лет, и который был задолго до современного Будды. Вроде это Учение не от Будды, а от какого-то Тапихрицы.
--Так почему тогда буддизмом называется если не от Будды?
--А кто его знает?! - ответила моя попутчица.
--Почему ты хочешь ему помочь? Он для тебя кто-то из родных или ты его просто из-за сострадания выбрала? – спросила я у Зорвии.
--В нём, как в человеке, много хорошего. Он спокойный в общении, не раздражительный, не старается обвинять и требовать изменения его жизни. Есть, конечно же, и странности, которые положительными не назовёшь, но в основном это добрый и спокойный человек, умеющий любить сердцем. Ну, он мне понравился, я его полюбила и решила попытаться ему помочь. Пока безуспешно. 
--Наверное он очень боится смерти? – поинтересовалась я. 
--Он мне говорит то одно, то другое. Сначала говорит, что раньше мечтал о вечной жизни, а теперь ему вообще не хочется жить после смерти, и вроде он абсолютно спокойно относится к идее того, что он умрёт полностью, без сохранения какой-либо индивидуальности. Проходит несколько дней и оказывается, что он не так уже и спокойно к этому относится. Говорит, что ему очень-очень страшно.
--Всё понятно, это страх смерти. Если бы страха смерти не было, то он не говорил бы, что ему страшно.
--Да, я тоже думаю, что он боится. Но вера его убийственная. С этим надо что-то делать,- сказала мне Зорвия.
--Скажи ему, что у многих людей иногда просыпается память из прошлых жизней, и по такой памяти они могут даже клад найти. Кто-то вспоминает языки, которых никогда в жизни не изучал, а кто-то целые страницы истории вспоминает,- предложила я ей интересный выход из ситуации. 
--Он в это не верит. Он не верит никому и ничему, кроме собственного опыта, а опыт его начинается с двух лет жизни. Если более раннего периода жизни не помнит, то, по его логике, ничего и не было. Значит опять его скоро не будет,- так говорит, и это та причина, по которой он хочет, чтобы его не было. Он ищет за пределами жизни и смерти что-то большее, чего ему не понять, но ищет он не вечную жизнь, потому что вечная жизнь - это всё же жизнь, а в пределы его логики жизнь не допускается. Он ищет Пустоту, и стремится исчезнуть в небытие. Думает, что там, где никого и ничего нет – самое нужное, самое приятное и самое интересное место. 
--Да-а-а, логика у твоего друга сногсшибательная. А если сказать ему, что во Вселенной существуют прекрасные тонкие миры и реальности, в которых нет страданий, и что люди там заняты интересным творчеством? А если описать ему нашу Камрегдану? Или вы уже говорили об этом?
--Юра в духовную эволюцию не верит, а в духовную деградацию верит. Рассказывает, что деградация прослеживается везде, и что в тонких мирах он нашёл огромные страдания. Говорит, что видел там настоящий ад, и он ужасный, он на много страшнее того, который описывают в религиях, и вроде даже сам Юра очень страдал от одного только вида такого ада, когда ему это открылось,- продолжала рассказывать Зорвия о своём друге. 
--Он что, в нижнем астрале покопался?
--Наверное. Говорит, что души нет, индивидуальность смертна, весь накопленный опыт умрёт. Человечество собрало целую базу данных, но все науки, все миры, и все открытия умрут, и всё растворится в Пустоте, потому что мы не знаем того, кто за нами, и Он нас всех убьёт. 
--А для чего, по его мнению, опыт?
--Ни для чего. Он и сам не знает.
--Расскажи ему, что мы с тобой в тонких мирах Рай видели. Если он повысит свои вибрации до нашего состояния, то в Ад не войдёт. Ну никак он не сможет туда притянуться. Ад на наших вибрациях не работает. Да, я согласна, что в нижнем астрале бесы сидят… пусть сидят. Если у него будут другие вибрации, то он и по большому желанию туда не попадёт. Одна из этих вибраций – это страх. 
--У Юры своя философия. Страх и любовь он видит, как две энергии – чёрную и красную. Они у него почему-то постоянно переплетаются, и всю нашу жизнь он видит – как движение то вверх, то вниз, и то в Ад, то в Рай. Говорит, что за время всех человеческих цивилизаций люди постоянно искали – кто такой Бог. Собрано очень много информации и люди продолжают её собирать, но все мы видим, что смысла в этом никакого нет. Мы не можем найти Того, кто говорит, и кто называет Себя «Я». Вот такая у него философия,- продолжала рассказывать Зорвия, играя с травой, растущей на берегу озера,- поглаживая её и пропуская между пальцами рук. 
--Странно. И откуда у него такие мысли?! Зачем Богу собирать информацию, чтобы её уничтожить? Наоборот, Он расширяется за счёт нас, потому что мы – это частички Бога. Мы расширяем сознание, и Бог расширяется за счёт нас. Не будет Он ни Дух убивать, ни Души. А личности – это роли Актёра-Духа. Если Актёр ушёл со сцены, то он не умер, а ушёл в другую роль. 
--Ах, Энни, я тоже говорила с ним про Актёра, но он не понимает, что мы - это и есть Актёры, а многие жизни – это наши роли. Он говорит, что Тот, который за нами, и который нас убьёт,- это даже и не Актёр, потому что Он убьёт и Актёра. А Актёр вроде как бы играет с нами в игры. Мы все – это игры Актёра, или его Колесо. И ещё он доказывает, что Актёр не Бог. Вроде и сам Актёр ему тоже говорит, что Бог за ним.
--Не в нём, а за ним? – переспросила я.
--Ага, за ним. И Актёр не знает Бога. Вот такая игра! 
--А ты говорила ему, что тот, кто называет себя «Я» - это Дух, или маленькая сияющая точка внутри него? Умирать Дух не намерен. Учитывая тот факт, что мы – частички Бога (то есть, мы – Бог),- смерть Юры или любого из нас, означала бы, что Бог умер. Он Бога самоубийцей считает или как? 
--Он вообще в Бога не верит, потому что себя (Актёра) чувствует не тем Богом. Он ищет другого Бога, но не единство всех Актёров, а Того, который за пределами понимания жизни и смерти, за пределами слов и явлений, за пределами всего. Говорит, что осознавал себя на уровне Актёра (Духа) а не конкретной роли (личности) и там увидел, что Актёр тоже не знает Его. В общем, ищет Пустоту, и считает, что жизнь – это хитрая игра, в которую никому из нас не выиграть, и Он (Пустота) нас всех убьёт.
--Это наверное от того, что он самого Бога считает личностью. А Бог – это не дядя, и не тётя. Это все мы, вместе взятые,- всё что есть, вся Вселенная. Бог – это сознательная энергия жизни. Он сияющей точкой (Духом) находится внутри каждого из нас. Жаль, что он не видел всё из Света, и триллионы сияющих точек не видел. Этот Свет – как Бог, так и мы, одновременно. 
--Не-е-е-ет. Такого Бога он не понимает. Он понимает только Пустоту. Ну ещё кошмары видит, и срединный мир. Он жизнь воображает рисунком на холсте, и всё ему кажется не настоящим. Каким бы ни был радостным Рай, и каким бы ни был мучительным Ад, а всё это, в понимании Юры, только декорации и игра. Нам из игры не выйти и Бога не познать. Настоящим Богом он считает только Пустоту, и говорит, что познать её невозможно. В ней можно только раствориться. То есть, исчезнуть в небытие. К этому и направлены все его стремления,- вздохнув с чувством сострадания, сказала мне Зорвия.
--Да, очень грустная история,- согласилась я. --Понимаешь, тут такое дело, что, сегодня я тебя выслушала и поняла, что жизни твоего Юры на Земле, и нашей Ниртамы на Тантале, переплетаются. Он – хороший и добрый человек, она тоже.  Я никак не могла понять – почему страдает добрая душа Ниртамы. Теперь поняла. Она создала своё будущее не злом, принесённым миру, а страхом и отчаянием перед своим страхом. О чём думаем – с тем и соединяемся. Мне кажется, что Юру может ждать то же самое, и если его не остановить, то он пойдёт по Пути Ниртамы, а наши камрегданцы опять будут удивляться, что такая вот добрая душа, а его несправедливо жизнь наказала. 
--Согласна, Энни. Мы сами творцы своей жизни. Я стараюсь помочь Юре, а получится или нет – пока не знаю.
       После прогулки в парке нашего города, и после разговора с Зорвией, я решила проведать Виталика. Давно мы с ним не виделись.
       Оказывается, Виталик, Алёна и их сын Серёжа поехали отдохнуть на море. Там они весело и радостно проводили время. Алёна старалась как можно больше направлять своё внимание на Виталика. Он любит, когда жена к нему неравнодушна и постоянно говорит ему ласковые слова или обнимает, целует и спинку массажирует. Он прямо как маленький ребёнок – подавай ему много ласки. Сам он тоже готов обнимать, целовать, гладить женское тело и возбуждаться от чувств.
--Недалеко от гостиницы где мы с тобой живём, в 70 км есть водопады, сегодня едем туда с ночёвкой,- сказал Виталик. –Завтра съездим в горы и вернёмся к водопадам, чтобы побыть там как можно дольше.
        Алёнка согласилась. Через какое-то время приехали.
--Место очень-очень красивое и приятное. Какой чудесный водопад,- восхищалась счастливая попутчица в любви.
--И так, начнём. У нас в номере, на море, есть палатка, трёхместная, мы её использовали на пляже. Есть котелок, плюс спальный мешок на троих, который мы ещё не использовали,- сказал Виталик. --Всё это мы грузим в машину, в багажник, ещё котелок и уголь. Потом, в этот раз возьмём батарею для мини-центра, хочу тебе поставить музыку, она моментально соединяет с природой.
 --Матрас и одеяло сшитые, чтобы не расползались. Поняла.
--Да, плюс они утеплённые и держат температуру до минус 15.
--Наоборот, не пропускают в мешок минусовую температуру, если за мешком до минус 15, а то ты уже про холодильники говоришь.  Это холодильник держит температуру до минус... не знаю сколько. 
--Верно,- сказал Виталик и поставил музыку Mazuy.
--Так вот, приехали мы, а Лазаревское - это маленький городок, район Сочи. Машину оставим у кемпинга, и от него пешочком четыре километра по горам. Поэтому мы тут оказались в 7:00. Ставим машину в кемпинг, я взял всю ношу на себя, а от тебя - только нести спальный мешок. Кемпинг - это где люди отдыхают, в палатках, и живут дикарём. Идём.
       В 12:00 наши путешественники оказались между двумя водопадами, где заметили что-то вроде Горной аллеи. Люди рядом ходят и не замечают эту аллею, а Виталику её показал друг, у которого своё туристическое агентство, а ему показал старичок, он его после этого вообще не видел. Он ему сказал, что люди не очень наблюдательны, эту тайну можно рассказать ещё двум людям, но он только Виталику её рассказал.
       По долине добрались до водопадов.
--Теперь посмотри на водопады. Чтобы ты представляла - купаться в этих водопадах одно удовольствие, плюс вода очень чистая, и полное отсутствие комаров.
--Зачаровывает, не могу насмотреться. А где же комары? – спросила Алёна.
--Солнышко - это всё наше. Элементалы, строящие эту красоту, не ведают национальностей.
--Какие ещё элементалы? Это природа!
--Элементлы - её работники. Природа - это совокупное название элементалов,- объяснил Виталик.
--Думай, что хочешь, но Африка и Египет - это не то место, где "элементалы" хорошо потрудились. Туда не тянет.
--А мне нравится Африка и Египет. Чего только стоит Куйптану, в Африке?! Там есть такие красивые места. А чего только саванна стоит?! Но не буду переубеждать, твоя воля. Вот ещё ступеньки посмотри.
--Люблю природу нашей планеты. В мире так много красивых мест, но один человек за свою жизнь может увидеть совсем не много. Как жаль,- с сожалением сказала Алёна.
--Позже мы поедем в каньон Реки Белой. Расскажу тебе чуть-чуть о ней. Река Белая, с горами, на меня производит магическое впечатление. Один раз, я смотрел на реку и думал о Вселенной и её красоте. Показалось, что прошло пять минут, как я так сижу, а ко мне подошла мама и сказала, что я так сижу уже 1:30, и вообще не двигаюсь. Там я первый раз выпал из времени, почувствовав, что река- это моя кровь, горы - кости, а дышу я через деревья. Вот так.
--Ничего себе! Это просто чудо! Все места такие красивые! Они мне очень-очень нравятся, я восхищаюсь!
--Моё любимое место - это посёлок Гузерипль, Республика Адыгея, и ещё мне там нравится дорога рядом с каньоном.
--Ты пишешь только о радости, спокойствии и благодарности. Странно. Впервые в жизни я встретила человека, который от ощущения прекрасного не почувствовал изменения вибраций внутри себя, разных энергетических потоков, лёгкой дрожи в теле, волн по позвоночнику и т.д. Ты феноменальный человек, потому что от тебя я впервые в жизни слышу то, чего не может быть.
--Я не заостряю внимание на ощущениях тела. Радость это уже энергия. Меня научили, что порой тело может не точно передать всю гамму энергий, поэтому, важен сам ментальный посыл,- сказал Виталик.
--Ты говоришь, что не заостряешь внимания на чувствах. А кто же его заостряет? Остановить не могут. Это неуправляемое!
--Если они чувствуют, то их внимание уходит, хоть на краткий момент, но уходит. Должна быть радость, необусловленная даже телесными ощущениями,- очень глубокая.
       Алёне было немного грустновато, что как только Виталик начинает говорить о радости, то сразу же выступает против чувств. У него постоянно всё как-то не в одном процессе. Чувства отдельно, ум отдельно, радость ещё в каком-то отдельном месте. Расчленение единого процесса чувствования, который бывает одновременно всеми телами, а также душой и сердцем, ей казалось слишком обедняющим ту же радость. Это, как познание умом запаха и вкуса апельсина, и радость от ума. Но она промолчала, чтобы не обидеть мужа.
--Я не такой, наверно. Когда-нибудь ты почувствуешь такое же как я, и увидишь глубину. Это радость на много выше, на порядок, чем самая высокая радость человека,- сказал Виталик.
      Алёне опять было как-то грустновато слышать о том, что она не понимает ни радости, ни глубины, и вообще ничего высокого, и что только он всё знает и понимает, а она вот никак,- не умеет ни чувствовать, ни радоваться. Хотя где были доказательства того факта, что ему известно самое дорогое и сокровенное, что он был внутри неё и познал её внутреннее состояние, возникающее при ощущении прекрасного и поэтому признал негодным? Если бы были доказательства, то было бы полностью приятно, а без них грустно. Виталик умел любить, но умел и немножко ранить.
--А это Аминовское, сказал Виталик, когда они подъехали к ещё одному чудесному месту.
--Очень красиво!
       Через несколько часов они уже были в горах.
--Здесь тоже один из моих любимых видов. Я много раз просыпался в облаках,- сказал Виталик. Они похожи на туман. Но облака так наэлектризованы… Я прям чувствую, как по ним электричество идёт, и очень тонкое,- природное. В следующий раз мы здесь поставим палатку. 
--У меня просто не хватает слов что-нибудь сказать, на столько красиво! - с восхищением сказала Алёна.
--Да, любимая, это красиво, но я могу сказать тебе ещё и внутреннюю суть красоты. Это движение жизни, в слиянии с волной любви! Однажды мы с мамой заметили место, где иногда садятся космические корабли из других солнечных систем, и это место было выбрано неспроста. Там бьёт поток энергии Матери Земли. Мы туда добирались часов за пять. Я просто был в восторге, что мама знает такие тропинки, которые и не разглядишь. Так вот, мы там пробыли десять минут, по нашим ощущениям, а прошло три часа. Думаю, что в этой жизни, люди откроют это место. Вот представь на земле ощущение невесомости и притока любви.
--Я знаю ещё одно место, в котором за десять минут три часа пролетают. Это встреча влюблённых. Хорошее всегда кажется пролетевшим за пять минут. А когда плохо, то даже одна минута превращается в вечность. Так устроена психология,- подправила его интересное открытие Алёна.
--Она меня взяла сопровождающим, и после того, как только я покинул это место, а я знаю, что оно есть, - мне сразу же сказали – «забудь дорогу». Я и забыл. Думаю, что если сам пойду - дорогу не найду. А то, что хорошее кажется быстро пролетевшим - это эффект времени. Время субъективно, полностью субъективно, и психология когда-нибудь откроет, что время рождается между двумя мыслями. Если мысли соединить, то оно вообще исчезнет, как ощущение. 
   Побывав в горах, Виталик, Алёна и их сын Серёжа, на следующий день, опять вернулись к водопадам.
--Так вот, мы с тобой дошли до водопадов, а дальше идём в это маленькое ущелье. Ставим палатку, быстро костёрчик, и айда купаться в водопады.
       Алёна вспомнила вчерашний разговор о времени и решила его продолжить.
--Я хочу ещё кое-что добавить к вчерашнему разговору. Помнишь ты сказал о времени, которое рождается между мыслями, и что в единственной мысли его нет? 
--Помню.
--Но время в этой единственной мысли чувствуется очень сильно, и минута превращается в вечность. Поэтому я так думаю, что секрет провала времени - в счастье, и в радости, а не в мыслях. Уже бегу с тобой к водопаду....  А там можно купаться? Он не очень холодный?
--В мыслях, прекратить боль возможно именно мыслью, но должен быть мгновенный отклик на эти мысли. Можно безусловно купаться, вода прохладная, но не холодная. Давай мне руку. Серёжа, айда ко мне на ручки, и вдвоём нырнём.
--Держусь за тебя, с тобой и в воде не страшно.
--Ныряем втроём… так, не глубоко,- вам по шейку. Забирайтесь, по очереди, ко мне на спину, я буду вашей лошадкой. Сейчас будем окунаться,- сказал Виталик жене и сыну. 
--Ну... лошадкой - это слишком. Лучше пусть будешь плавающим матрасиком. Не люблю я мучить лошадей. А вот матрасика можно и помучить. Вылезаю на свой плавающий матрасик - Виталеньку... плывём.
--Папа, теперь я,- подплыл Серёжа к Виталику.
       Алёна по дольше оставила сына и мужа вместе. Пусть «дети» наиграются. Она их обоих называла детьми из-за их любви к разным играм.
--Ах, как ты задорно вы у меня смеётесь, у меня на душе радость от вашего смеха.
--Папа, нам тоже радостно,- закричал Серёжа, крепко держась на спине у Виталика.
       Так они купались и веселились до самого вечера.
--Скоро уже наступит ночь,- сказал Виталик. Возьмём одеяло, кофточки, и спальный мешок на троих. Эту ночь мы с тобой проведём на поляне,- под звуки цикад, и при звёздном небе.
--Да, очень хочу именно так, как ты задумал. В спальном мешке на троих, и под звёздным небом. Какое счастье! Мой Виталенька перестал бояться Луны! 
--Так не полнолуние же, а Луна нарастающая.
--А-а-а, я думала - ты любой Луны боишься,- сказала ему Алёна.
--Так вот, как думаешь: костёр надо разводить? Думаю – нет. Мы не голодные, на поляне только втроём. Давай побегаем по полянке. Догоняйте меня.
--Что? Не голодные? А рагу? Мы же сварили рагу, а съесть забыли?!  Побегаем на полянке, а потом приступим к поеданию рагу.
       В дни путешествия сын в разговоры почти не вступал, постоянно молчал. Его интересовало кое-что другое. Купаясь в морской воде, отдыхая в палатке, или играя камушками на берегу моря, он мечтал о том, что скоро станет свободным и независимым. Скоро у него будет свой корабль и он на нём будет плавать в дальние плавания. Мысли о полной свободе и независимости посещают мечты и воображения мальчика постоянно, но он замкнулся в себе и никому ничего не рассказывает. 
       После возвращение с поездки, опять произошло некоторое недоразумение. Серёжа предупредил папу и маму, что пойдёт в гости к Богдану. Попросил не волноваться если его долго не будет, потому что ничего не случилось и всё будет хорошо. Родители согласились. 
       Серёжи не было весь день. Вечером Виталик пошёл в магазин, чтобы купить продукты и по дороге встретил Богдана. Спросил – где Серёжа, а тот не знает. 
       Вернувшись из магазина, Виталик рассказал Алёне, что сын ушёл в неизвестном направлении. Мобильный телефон не отвечал, родители испугались. Потом обзвонили всех знакомых, но никто ничего не знает. 
--Ты как хочешь, а я иду его искать, сказала Алёна.
--Подожди, я с тобой,- ответил Виталик и, замкнув квартиру, они пошли по городу, и сами не понимая куда идут. 
       Примерно два часа ходили наугад, а потом одна знакомая женщина, которая работает продавщицей цветов, подсказала им, что видела, как Серёжа пошёл в направлении к парку.
       Зашли в парк. Поискали минут двадцать и, наконец, нашли своего сына. Он опять сидел в парке на скамейке и о чём-то размышлял. 
--Серёжа, что ты тут делаешь? – спросил папа Виталик.
--Ничего, просто сижу. 
--Почему? Ты же сказал, что будешь у Богдана?! – поинтересовалась мама.
--По дороге к нему я передумал, и решил зайти в парк. 
       При незнакомых людях долго разбираться не стали. Просто забрали сына домой. Дома тоже на этот раз не ругали и не били. Решили сначала во всём разобраться, а потом принимать меры. А вдруг ребёнок психически не здоров?! Или может попал в нехорошую компанию или ещё что-то. 
       Алёна и Серёжа постарались успокоиться и пока позаниматься тайным расследованием.
--Мне для сына ничего не жалко. Я найду специально обученного человека, который за ним понаблюдает. Сколько надо – столько и заплачу,- сказал о своём решении Виталик.
--Как скажешь, любимый. Мне тоже для нашего сына ничего не жалко,- поддержала предложенную идею Алёна.

Виктория Авосур


Комментарии
Нет комментариев
Чтобы добавить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться или войти