Глава-04. Ощущение прекрасного

Ощущение прекрасного

 

        Предисловие к главе «Ощущение прекрасного»
        Эта глава полностью написана мной по реальным событиям. У меня действительно был друг, родом из России, вместе с которым я работала в четвёртом цехе Киевского мотоциклетного завода. Все, описанные здесь события, происходили в 1986 году и каждое слово из этой главы – правда. Все имена изменены, кроме тёти Гали Шумигай. Она является кратковременным персонажем моего романа, и всё, что о ней сказано, не представляет из себя никакой тайны.
        Поход в лес с ночёвкой, и все вытекающие из этого последствия – тоже реально произошедшие события. Всё это было в моей жизни точно так, как я здесь описала.

Глава-04. Ощущение прекрасного

Виктория Авосур
       После размышлений о жизни и творчестве моего папы я начала задумываться о всём прекрасном, и если раньше я смотрела на деревья, травы и цветы – как на обыкновенную природу, то теперь вся природа стала для меня необыкновенной, одушевлённой, особенной. Я начала прислушиваться к таинственному шёпоту трав под порывами ветра, я почувствовала, как приятно пахнут цветы, и даже земля. Я увидела, как красиво мигает свет сквозь зелёные листья, начала восхищаться сиянием над полями и красотой голубого неба, по которому проплывали немного задумчивые и загадочные облака. Они как будто хотели нам всем что-то рассказать, привлечь наше внимание своими постоянно изменяющимися формами или даже что-то важное подсказать.
       Всё чаще я начала ощущать, как краски и звуки природы сливаются в единую гармонию жизни, и прикасаются своим бытием к необъяснимым струнам моей души, и всё это зазвучало во мне чудесными Божественными вибрациями, наполнило очаровательной музыкой, позвало к чему-то волшебному и прекрасному. 
       В то время мне было шестнадцать лет, и я работала контролёром ОТК на Киевском мотоциклетном заводе. Мой мастер перевёл меня туда преждевременно, потому что одногруппники не давали мне никакой жизни. 
       На участке «лодочек» (это коляски мотоциклов) у нас был один электрик – парень 22-х лет. Звали его Юрой, и по национальности он был русским, говорил на русском языке. У Юры были светло-русые волосы и коричнево-зелёные глаза, он был высокого роста. Когда я подписывала детали, то в будке (кабинке) мастера часто встречала Юру, который любил там сидеть, и любил поговорить со мной. Однажды он мне рассказал, что дома, в общежитии, играет на гитаре и поёт песни. Жил он на улице Героев Сталинграда. 
       Если говорить о внешности, то Юру можно было назвать красивым. Он сам со мной познакомился, и мы с ним подружились. Сначала наша дружба продолжалась только на работе, в четвёртом цехе. Юра мне казался приятным и ласковым, но не очень разговорчивым. Иногда он рассказывал о России, о своих родных, о друзьях и родителях, но самым интересным было то, что он говорил о музыке. Меня в то время интересовало всё то, что можно назвать прекрасным, а музыка – это искусство, и это прекрасно. Юра быстро вошёл ко мне в доверие, и я ему доверяла, как самой себе. Многие ко мне в те дни приставали, а он меня совсем не трогал, и даже не пытался обнять или поцеловать.
       Юра сам начал назначать мне встречи за пределами завода, и дружба наша от этого укрепилась. Мы с ним ходили то по Киеву,- то в парк, то в кино. В те дни мне очень хотелось, чтобы он почувствовал всё то же самое, что чувствовала я. Мне казалось, что ощущение прекрасного рождает любовь, и только через любовь жизнь записывается в информационное поле Земли, как жизнь. Что человек помнит из своей жизни? Конечно же помнит всё то, что вызвало какие-то сильные чувства и ощущения. Остальное очень быстро забывается, и часто мы не можем вспомнить даже события вчерашнего дня.
       Через ощущение прекрасного в моей душе появилось что-то интересное и необыкновенное. Я не знаю какими словами это описать, но знаю, что мысль останавливается, в груди огонь, а в теле приятные вибрации. Это похоже на духовное опьянение, и все образы, всё то, к чему в такие мгновения прикасаются органы чувств,- запоминается на всю жизнь. Наверное, действительно всё то, что нам нравится, мы любим. Наверное, истину говорят люди, что через ощущение прекрасного рождается любовь. Я так думаю, что привлечение энергии через любовь – это и есть та бхакти-йога в восточных религиях, которая творит не меньше чудес, чем другие виды йоги и другие духовные практики.
     Юра сначала был скромным и стеснительным, он никогда даже не пытался меня поцеловать. Что уже говорить о всём остальном?! Он мог только ласково обнять, и то только после нескольких месяцев нашей дружбы. Потом, однажды он мне сказал, что у нас как-то странно всё получается. Мы постоянно разговариваем о музыке и её красоте, а демонстрации на практике ни единого раза так и не было. Пригласил к себе в гости, в общежитие. Рассказал, какая у него прекрасная гитара, и признался, что бывает ему часто хочется сделать для меня концерт.
       На эту встречу я согласилась очень быстро, потому что мы встречались уже несколько месяцев, я была к нему неравнодушной, а ещё я считала его очень несмелым в отношениях с девушками. Ну и любила я его тогда уже сильно. У меня всю жизнь была особенность в характере – доверять любимому человеку. Я не понимала, как это можно не доверять тому, кого ты очень сильно любишь. Он много говорил о том, что меня больше всего интересовало, а тем о сексе Юра никогда не начинал и не заводил. В общем, стеснительным и несмелым отношением ко мне, на протяжении долгого времени, а также, пробудив во мне чувство любви к нему, Юра заслужил большого доверия, и я собиралась к нему в гости. 
       В то время я ещё была слишком юной, и я не понимала, что прекрасное можно найти где угодно, в любом существующем месте. Возьмём, например, онкологическую лечебницу: больные смертельно – боль, стоны, мучения… Что можно найти прекрасного в сложившейся обстановке, и легко ли выдержать такое, хорошо зная, что ничем уже нельзя несчастным помочь? А ведь можно же найти прекрасное даже здесь! Оно находится в душе каждого человека, который имеет любовь и сострадание к этим больным.
       Прекрасное в том, что даже в самой безвыходной ситуации духовно сильный и твёрдый человек умеет не упасть в уныние и отчаяние или, например, в безразличие и жестокость, и тогда все эти смертельно-больные, нуждающиеся в поддержке, тоже смогут приобрести так сильно необходимые им стойкость и силу духа. Красоту можно видеть во всём. Красота может исцелить человека, потому что она притягивает энергию, а энергия – это жизнь.
       Всего этого я ещё не понимала. Я видела прекрасное только в закате или восходе солнца среди величественных гор и покрытых зеленью долин, в пении птиц, и в голосе реки, в лунном сиянии, в созвездиях, и в росчерках падающих метеоритов на ночном небе, а также в звучании музыки, льющейся из струн гитары моего нового друга. Я ещё не слышала этой музыки, но надеялась её услышать, и очень готовилась к такому волнующему моменту в моей жизни.   Кроме того, я всем своим сердцем понимала и чувствовала, как звала меня к этому любовь. 
       Да, так тоже было истинно правильно, хотя это и неполное понимание красоты. Кто-то способен увидеть прекрасное и в луже со спящим поросёнком, а кого-то оставит равнодушным даже и розарий. Правы, конечно же, все – как те, кто не отличает красивейшее от красивого, так и те, кто акцентирует внимание на чём-то понравившемся. Я акцентировала внимание на природе и на музыке. Это была не полная истина, но это была всё же чудесная истина. 
       На встречу я очень опоздала, потому что я долго искала общежитие Юры и саму улицу Героев Сталинграда. Встретил он меня хорошо, с любовью, даже угостил печеньем и чаем. 
       После чаепития я сидела на кровати зрителем, а Юра исполнял своё обещание – играл на гитаре и пел. Я была счастлива, я восхищалась его талантом, и душа моя вспархивала на крыльях восторга и неописуемой радости. Его песни были о любви. Юра сидел посреди комнаты на стуле, играл на гитаре и красиво пел о любви. 
       Артист! У него был очаровательный взгляд и неповторимые жесты. Кроме того, он был очень красивой внешности, и казался мне таким прекрасным и необыкновенно талантливым, что я смотрела на него, как заколдованная. После каждой его песни я ему говорила: «Потрясающе! Ты настоящий артист!»
       В его концерте было некоторое волшебство, потому что любовь к творческому человеку – это прибытие ощущаемой энергии где-то через область горла и верхней части груди. Этот вид любви всё же отличается от других видов любви, и энергия подобного единения на Востоке применяется в Тантре. При этом ощущаются пульсации, вибрации, энергетические вихри и мистический огонь в груди, а в половых органах ничего нет при этом.
       Жаль только, что Тантре может поддаться только кто-то один из двоих, а второй может возбудиться сексуально, что и произошло у меня с этим красивым парнем.
       Закончив концерт, Юра положил гитару на стол и подошёл ко мне. Его кровать стояла с левой стороны комнаты, возле окна, и я сидела на ней. Когда он подошёл, то сел возле меня, обнял меня и нежно поцеловал в губы. Потом ещё и ещё.
       Целовал он меня впервые, и в этот день я смогла убедиться в том, что целоваться Юра может, и очень даже хорошо у него это получается. Сначала я растерялась и ответила взаимностью, а потом испугалась. Я испугалась собственных чувств к нему и побоялась, что между нами могут произойти сексуальные отношения.
       Теперь он меня обнимал, а я вырывалась из его рук. Он меня целовал, а я сопротивлялась. Он поглаживал меня руками, а я отталкивала его, но было уже поздно. У Юры появились чувства ко мне, и в этот момент я начала сопротивляться, но страсть его от этого не исчезла, а только увеличилась. Его тело хотело продолжения и горело огнём желания. Он расстегнул мою кофточку, и продолжал добиваться своего. Он тяжело дышал, а я продолжала сопротивляться, а потом…
       Потом я почувствовала, что я в настоящей ловушке, и вырваться из его рук невозможно. Такой силы, как у Юры,- моего друга из России, я ещё не встречала никогда. Его руки были – как железные. Я вся дрожала от страха, и, как в тумане, слышала угрожающие слова: «Скоро ты устанешь, выбьешься из сил, и тогда тебе уже ничто не поможет. Если бы ты так не делала, а просто словами попросила, то может я и согласился бы, и то не факт, но теперь я не могу». 
       По какой-то непонятной причине, через несколько лет, один взрослый мужчина сказал мне такие же слова: «Ты лучше не сопротивляйся, потому что твоё сопротивление меня возбуждает, и чем больше ты сопротивляешься, тем больше твоё поведение пробуждает во мне зверя. Ещё немножко, и я тебя изнасилую, а если ты просто будешь меня ласково просить, то без твоего согласия я ничего тебе не сделаю».
       Но страсть моего друга Юры на тот момент уже очень сильно разожглась. Просить или не просить – это уже не имело никакого значения. Да, я просила его очень сильно. Я вырывалась, плакала, и взывала к помощи и милосердию. Я умоляла его, чтобы он меня отпустил, но всё было напрасно. Юра применял силу своих рук ко мне – безжалостно и жестоко, как будто он был не человеком, а зверем. 
       В этот момент мне вспомнился сосед Олег. Он ходил в спортивную школу, и очень накачал мускулы своего тела. На него только посмотри и страшно становится, такой накачанный, но в схватке со мной он ничего не мог мне сделать. Я не говорю, что я была сильнее, чем он, это не так, но Олег не мог ничего мне сделать, и это вселило в меня большую уверенность. Я думала, что если вот такой накачанный не смог меня изнасиловать, то ненакачанный – тем более, но встреча с Юрой показала мне, что я ошибалась, потому что руки его были – как железные, и этот меня изнасиловать мог.
       Оказывается, что сила не в мускулах, а в чём-то другом, и простой электрик, который совсем не накачанный, а вечерами играет на гитаре, намного сильнее за штангиста и боксёра со спортивной школы. Причины я не знаю. Говорят, что мой папа Либтас был таким же. 
       В тот день Юра меня не изнасиловал, хотя и сила у него была железной. Он просто не успел. В тот момент, когда я поняла, что ничего не могу сделать для своего освобождения – в дверь кто-то постучал. Это была комендантша, и она приказом требовала открыть дверь. Объяснила, что в гостях я уже слишком долго, поэтому пора проверить – что происходит в комнате. Она стояла под дверью и гневным голосом предупреждала, что если мы не откроем дверь, то вызовет правоохранительные органы. Я тоже сказала Юре, чтобы быстрее открывал дверь, иначе я начну кричать. Он отпустил меня, привёл в порядок на себе свою одежду, и открыл комендантше дверь. 
       Когда она вошла, и увидела меня заплаканную, с запутанными волосами на голове, и дрожащую от страха, то всё поняла. Начала требовать, чтобы я спустилась на первый этаж, и написала на Юру жалобу, но я ответила, что не буду я писать никакие жалобы, всё нормально, просто мы о грустном разговаривали, поэтому я заплакала. Потом я взяла свою сумочку и, на большой скорости, как будто меня кто-то догоняет, быстро убежала домой.
       Мне было грустно, что всё у меня получается не так, как хотелось бы. Даже и не знаю – чем я всё это запрограммировала. Может быть страхом своим, не знаю. Я всегда очень боялась обмана и нехорошего отношения людей друг к другу, но чем больше я этого боялась – тем больше оно так и было, а хотелось чего-то высокодуховного, невинного, созданного добротой и любовью этого мира. Хотелось, чтобы душа была в восторге и просто взлетала на крыльях радости. 
       В один из выходных у меня появилась возможность прикоснуться к неизведанным тайнам дикой природы. Мой отчим Гунзырь предложил пойти с ним на прогулку в лес. Очень неохота было отказываться, но и соглашаться тоже было как-то опасно. Гунзырь не один раз вымогал от меня сексуальных отношений, поэтому я ему не доверяла.
       Замучили уже меня все эти мужчины – отчим, Андрей, Олег, Юра… и другие. На этот раз я придумала выход из сложившейся ситуации. Я сказала своему отчиму, что я согласна, завтра утром идём в лес, а сама быстро занялась приготовлениями. Я взяла самую крепкую футболку, и самые крепкие трусы, двойные. Футболку пришила к трусам, а в трусах сделала небольшой надрез, потом пришила кусочек ткани и пуговицу. Это для того, чтобы была возможность ходить в туалет. Если отчим захочет меня изнасиловать, то голыми руками он этот скафандр не сорвёт, а нож будет у меня. О пуговице надо знать, просто догадаться невозможно, а он не знает. Всё, я готова, утром идём в лес. 
       Дома мы всем сказали, что пойдём и насобираем немного земляники. Взяли с собой, из дома, кастрюльку, нож, спички, несколько штучек картошки и луковицу. Гунзырь прихватил также и удочки, которыми можно ловить рыбу. 
       Идти в лес было очень интересно и весело, мы прошли много дорог, и много всего интересного увидели. Наелись и земляники, но не насобирали. На окраине леса протекала речка, и мы в ней ловили рыбу. Наловили совсем немножко, но какой-то улов всё же был.
       Когда солнце уже начало опускаться ближе к вечеру – мы с Гунзырем почувствовали, что идти домой нам совсем не хочется. Кто-то из нас сказал, что неплохо было бы переночевать в лесу. Моя это была идея или моего отчима – я уже и не помню. Я только хорошо знаю, что мы над нашей идеей не раздумывали, а сразу же приступили к построению домика в лесу.
       Наломали веток кустов и начали строить. Потом мы нашли где-то сено и постелили его на землю в нашем домике. Недалеко были равнины, на которых люди косили себе сено. Там мы его и взяли. Пока наступила ночь – наше временное жилище было полностью готово. 
       Я не боялась спать с Гунзырем в домике, в лесу, потому что у меня «скафандр», который я себе сшила дома, и кроме меня, никто об этом не знает, а раз такое дело, то я в безопасности, и настроение моё было прекрасным. 
       Когда уже зашло солнце и стало темно – мы развели костёр, чтобы сварить уху. Я быстренько почистила картошку, луковицу и рыбу. Гунзырь в это время разводил огонь. Лавровый лист, перец и соль – всё это тоже у нас было. Когда уха уже была сварена – в неё начали падать комары. Ну, прямо как самоубийцы какие-то. Они отдавали свою жизнь ради того, чтобы испортить нам наше блюдо. Ах, поганцы! Но как бы там ни было, а уху мы ели, даже с комарами. С утра на ногах, а уже ночь… Мы были очень голодными, поэтому свою уху мы ели, не смотря ни на что, даже на самоубийц комаров. 
       Время ушло далеко в ночь. Я и Гунзырь сидели перед костром и смотрели в ночное небо. Все звёзды на нём казались необычайно яркими, не такими как раньше. Даже и не знаю почему, но появились такие ощущения. Может быть потому, что нигде по близости не было дорог с машинами и населённых пунктов, а может и от страха,- такой вариант тоже возможен. Мне было страшно, потому что в лесу было много непонятных звуков, которые то в одном, то в другом месте появлялись вокруг меня. Это были голоса диких лесных зверей, которых я никогда в жизни раньше не слышала, а также устрашающие крики лесных сов. Когда-то я была уверена, что подобные звуки бывают только в фильмах ужасов про ведьм и вампиров. Оказывается, нет. Такие звуки возможно услышать и в реале, если ты остаёшься ночевать в лесу. 
       Как я теперь понимаю героя книги Мирослава Дочинца – Андрея Ворона! Понимаю – почему ему в лесу было сильно страшно, и почему он своё лесное жилище обсыпал солью, а также ставил соль под свой тапчан, на котором спал. У нас с Гунзырем соли было – только уху посолить, и в то время я ещё не знала об анти-магической и против стрессовой силе соли. Пришлось нам дрожать от страха…
       Где-то часик мы так посидели, потом потушили костёр, угольки залили водой, и полезли на четвереньках в свой лесной домик из дубовых веток и веток сирени, а также из пахучего лугового сена, построенный на одну ночь. «Он меня не изнасилует, я в «скафандре», и это очень надёжно, потому что пять минут назад я спрятала нож»,- утешала я сама себя, заползая в наше зелёное жилище, и приспосабливаясь на мягком сене. 
       Гунзырь и вправду на этот раз меня не трогал, и даже не пробовал вступить со мной в какие-то отношения. Причины я не знаю,- может быть, просто устал. Он повернулся на бок и заснул, а я не спала до самого утра. Я лежала возле него на сене, и слушала таинственные и загадочные звуки ночи, одновременно наслаждаясь запахом сена и дубовых листьев. 
       Утром запели совсем другие, не такие, как пели ночью, весёлые птички, и тоже необыкновенные, лесные. Гунзырь ещё спал, а я выползла из нашего домика и осматривала, как выглядит утро в лесу. Лучи восходящего солнца пробивались сквозь листья деревьев и, соединившись с лёгким утренним туманцем,- с каплями влаги в воздухе, создавали прямые линии ярко сияющих дорожек. Это было просто очаровательное зрелище.
       Глядя на красоты утреннего леса, я погрузилась в необыкновенное состояние, и всё у меня внутри переполнялось какими-то странными чувствами. Эти чувства даже невозможно описать. Для них не существует слов, чтобы их выразить. Мне кажется, что они были не только у меня в душе, но и в клетках моего тела. Ещё чуть-чуть и со мной что-то произойдёт, у меня случится какой-то экстаз от ощущения прекрасного, и тут моё погружение в таинственные энергии неожиданно прервалось, потому что проснулся Гунзырь, и сразу же ко мне заговорил. Он пожелал доброго утра, что-то такое. 
       Позже я ещё не один раз в своей жизни вспоминала эти моменты, и старалась понять, почему в этих очаровательных красотах природы душа Гунзыря преобразилась, и он перестал быть самим собой.
       В обыкновенной жизни он всегда был очень страшным человеком: алкоголиком, страдал от белой горячки, приставал ко мне и избивал мою маму до крови. Его боялись все родственники и соседи.
       Испугавшись Гунзыря, мой папа Либтас уехал в Луганскую область и там погиб. Жестокий и психически ненормальный Гунзырь добивался от меня сексуальных отношений, его боялись домашние животные, он был не человеком, а зверем, и вдруг, в этой прекрасной обстановке леса, среди красивой зелёной природы и голосов лесных птиц, душа моего отчима изменилась.
       Без никакой видимой причины он стал добрым и заботливым, настроение его улучшилось, ему теперь совсем не хотелось никого насиловать и избивать, я почувствовала от него доброту и понимание. В чём же заключалась тайна такого преобразования человеческой души?
       Наверное, или он сам увидел то же самое, что и я, и это на него как-то подействовало, или это я вошла в особое состояние, которое создало вокруг меня необыкновенное энергетическое поле, и оно повлияло и на моего отчима. На самом деле, наверное, было и первое и второе. 
       С утра мы ещё насобирали земляники, и в хорошем настроении вернулись домой. 
       Входим во двор, а во дворе что-то страшное. Женщины в чёрной одежде и все в состоянии траура. Сначала я не поняла – кто умер и кого хоронят, а через несколько минут выяснилось, что хоронят нас. Все наши родственники уже успели подумать, что меня и Гунзыря в лесу разорвали дикие звери, и мы уже никогда не вернёмся домой. Потом ко мне подошла мама и предупредила, чтобы я не входила в дом, потому, что дядя Коля обещал меня убить, если звери не съели, и если я вернусь.
       Я очень испугалась, выбежала со двора, и быстро побежала по направлению к горам и акациевому леску. Потом я сидела на одной из гор и размышляла. Что же делать? В дом я войти не могу, а мне послезавтра в Киев на работу, да и живу я у дяди Коли в квартире. Надо было срочно что-то делать, а я не знала – что именно.
       «Ждать нельзя, надо действовать»,- сказала я сама себе и пошла по направлению к дому. Войти я могла только в спальню, через окно, со стороны больших кустов. В комнате и в кухне были люди и там опасно.
       Я так и сделала,- залезла в спальню через окно. В шкафу откопала какую-то юбку и кофту мамы. Одежда была на меня большой, но что поделаешь, если всё моё личное – в комнате, и оно теперь стало недоступным?!
       Где взять деньги на дорогу в Киев? Моё внимание остановилось на копилке – деревянном грибочке, который стоял на телевизоре. Это моя копилка, и я туда собирала мелочь. Взяла я эту копилку, а в ящике стола – линейку, и опять вылезла через окно. Потом вошла в пристройку, которая в давние времена была построена под гараж для машины с ручным управлением. Мой дедушка был инвалидом, и такая у него была машина, специальная.
       В гараже я нашла старые босоножки моей бабушки. В общем, оделась в наряды бомжа. На огороде из копилки вытащила все монеты, а копилку с линейкой выбросила в кусты. Ещё раз возвращаться в дом было опасно. Вот в таком виде я и пошла на автобусную остановку, а потом, на автостанции в районном центре (позже я назову этот городок Цветущей), за монеты купила билет в Киев. Перед посадкой в автобус я встретила своего крёстного, и он очень удивлялся, что у меня такой интересный внешний вид. Но что поделаешь?! Какой есть – такой есть!
       В Киеве я пошла к подружке, которая училась со мной в училище, и одна она, единственная, надо мной не издевалась. Я попросилась переночевать у неё несколько дней, пока отрегулируются отношения с родственниками в моей жизни. У подружки были очень хорошие родители, добрые, и они согласились. Я спала у них на полу, потому что квартира маленькая, и совсем не было места. 
       Потом я пошла к той квартире, в которой я жила раньше, до этого приключения. Написала я записку о встрече возле кинотеатра, и в ней я попросила тётю Веру со мной встретиться. Записку я положила возле двери, на коврике. Потом позвонила в дверь и убежала. 
       Мне в тот день повезло. Действительно, открывать пошла тётя Вера, а не кто-то другой (не дядя Коля), и она увидела мою записку. Встретившись возле кинотеатра, мы с тётей обговорили план дальнейших действий. Она пообещала меня защищать, и теперь я уже могла вернуться на старое место жительства. 
       Дядя Коля о моём походе в лес несколько раз вспоминал, ругался, говорил, что я с отчимом в лесу занималась сексом, но не бил, и с квартиры тоже не выгонял, всё как-то успокоилось.
       Через несколько дней на заводе ко мне прицепились две девочки из училища. Раньше я с ними училась в одной группе. Теперь они шли по левую, и по правую сторону от меня. При этом они старались сбить меня с ног. Они тянули меня за руки, толкали, но ничего не могли сделать. Я им не делала ничего. Я просто шла себе, и старалась крепко держаться на ногах. Они не понимали почему так, потому что мало про меня знали. 
       Во-первых, мне передались гены моего папы, а папа был очень сильным, и руки у него были, как железные. Я только один раз в жизни встретила мужчину – сильного, как мой папа, и им был электрик Юра из участка «лодочек», который работал у нас в четвёртом цехе мотоциклетного завода. Все другие были намного слабее, даже если они имели большие мускулы на всём своём теле. Мой папа Либтас, Юра и я, мускул не имели, но мы были очень сильными. Во-вторых, я занималась спортом. Ещё в школе физкультуру у нас преподавал Вячеслав Алексеевич, который увлекался йогой и другими спортивными загадками. Он нас учил асан из йоги, упражнений на брусьях и на кольцах, на канате, сальто на матах и многое другое. На физкультуре я всегда была одна из первых, и почти всегда побеждала, особенно по спортивной борьбе. В третьих, я ещё в своём посёлке просыпалась утром, и пробегала несколько километров. Только после этого начинала собираться в школу. Ещё я дома тренировалась ходить на руках, делать прыжки через перекладину, подтягивалась на ветке клёна и многое другое. Всю домашнюю работу на огороде и в доме я тоже успевала. 
       Вот теперь я шла по территории завода, а Оля и Тамара хотели меня сбить с ног. Я воспринимала все их старания точно так, как вешалка воспринимает старание курток и пальто, которые на ней висят. Сколько бы куртки и пальто не вешались, а вешалка стоит крепко и не падает. Вот так и я стояла крепко и устойчиво, хотя Тамара и Оля вешались на меня с двух сторон, как куртки на вешалку. Так мы дошли до проходной и разошлись в разные стороны. Я ничего плохого не сказала и не сделала этим девочкам, потому что не любила причинять людям боль, даже если на меня нападали. 
       Дней через два я вошла в кабинку мастера, на участке «лодочек», чтобы подписать рамы и кузова мотоциклов на отправку, и обомлела от страха. Я там увидела Юру. Он смотрел на меня страстным взглядом и что-то говорил, похожее на то, что говорил у себя в общежитии.
       Я хотела сразу же выйти, но он перекрыл выход своей рукой, и закрыл кабинку мастера на внутреннюю защёлку. Потом он подошёл ко мне, обнял меня и силой положил на стол. Я очень сильно испугалась, и не знала, что мне делать. Кричать было бесполезно, потому что в цехе такой грохот, что никто не слышит даже своего собственного голоса, а на «лодочках» не только станки, а ещё и сварка, плюс зачистка рам. Нет, крика моего точно никто не услышал бы. Вырваться из его железной хватки я тоже не могла…
       На какой-то миг мне показалось, что наступил Конец Света, и вдруг… в дверь начала стучать контролёрша тётя Галя Шумигай. Её попросили меня найти, потому что на прессовом участке надо было срочно подписать какие-то детали, и закрыть табеля. 
       Как я была счастлива! Тётя Галя явилась очень вовремя, как Ангел с небес, и спасла меня от изнасилования. Когда я выбежала из кабинки, то решила больше не возвращаться в это место, пока не разберусь с нарушениями порядка в цехе.
       Но как это было сделать, если я очень любила людей? Я всегда хотела быть как можно более доброй и мягкой по отношению к людям, и Юру мне тоже не хотелось наказывать. Я понимала, что у него есть какие-то телесные ощущения, и что он такой же человек, как и мы все. В тот вечер, а это была вторая смена, я ещё не знала, что именно я буду делать, но я знала, что поступки мои будут по совести, чтобы никому не причинить вреда или чтобы вреда было как можно меньше.
       Я понимала, что Юра меня не любит, и жениться на мне он не будет, и я понимала, что хочет он от меня только секса. Когда я ходила по цеху и влюблённо смотрела на него – я его притягивала своими мыслями. В моей ситуации надо было его просто отпустить.
       *******
Когда прекрасное уходит,-
Не надо плакать и грустить.
Всё жизнь когда-нибудь уводит.
Наш долг – спокойно отпустить.
Мы сами это притянули,
И сами оттолкнули мы.
То, что мы в мир идей вернули,
Теперь приходит в наши сны.
Когда друзья хотят расстаться,
Когда без нас им лучше жить,
То пусть они лишь ночью снятся,
В реале – лучше отпустить.     


Комментарии
Нет комментариев
Чтобы добавить комментарий, вам необходимо зарегистрироваться или войти